Это произведение Фрейда посвящено его размышлениям про бессознательное, а также связям с предсознательным и сознательным, здесь же он продолжает изучать тему восприятия, вытеснения, а также приходит к определению инстанции Я.*

В самом начале Фрейд дает опорное понятие сознанию, определяя его как «поверхность душевного аппарата», которое способно воспринимать как внешние ощущения и чувства, так и внутренние. Далее приводится попытка разграничить это восприятие на уровне предсознательного, которое связано со словесными представлениями, тем самым отвечая на вопрос — как что-то становится предсознательным? — «через связь с соответствующими словесными представлениями». Фрейд поясняет, что «эти словесные представления — остатки воспоминаний, когда-то они были воспринятыми, и как все остатки воспоминаний, могут снова становиться осознанными». Соответственно, снова стать осознанным может только то, что уже однажды было сознательно воспринятым. Следует отличать сознательное восприятие от галлюцинаций или воображения и фантазий. Также Фрейд выделяет именно акустический/ слуховой компонент восприятия, который первичнее зрительного, однако, далее услышанное слово, можно будет символизировать.

Вытесненное же находится в бессознательном, но доступ к нему можно восстановить через предсознательное, постепенно воспроизводя промежуточные звенья, которые в итоге выведут в сознательное.

Далее Фрейд развивает идею об отношениях Я и Оно, обозначая, что «Я — это часть Оно», то есть часть Я всегда остается непознанной и бессознательной, но лишь часть. Функцией Я как раз является воздействие и обуздание страстей Оно, которое подчинено принципу удовольствия, привнося в него принцип реальности. Фрейд приводит сравнительный пример, всадника и лошади, где первый — это Я, а второй — Оно: «как и всадник, Я не хочет расстаться с лошадью, зачастую ему не остается ничего другого как, вести ее туда, куда ей хочется; так и Я обычно превращает волю Оно в действие, словно это была его собственная воля».

Однако самое примечательное, что Фрейд связывает восприятие Я с телом, которое является и границей между внешним и внутренним, и проекцией этих же частей.

Свои размышления о Я и Оно завершает вопросом, как в Я связаны порой довольно бессознательные чувства самокритики, совести и чувство вины, которые также по его мнению являются и самой ценной работой души. Следовательно, тогда получается что «не только самое глубокое, но и самое высокое в Я может быть бессознательным».